July 18th, 2012

cthulhu

(no subject)

Еще интересный момент. Фильм откровенно женоненавистнический. Все самое стремное, что было в Советской Атлантиде, режиссер (кстати, отец Дуни Смирновой) вложил в женские образы. Давно подмечаю, что в более или менее независимом творчестве времен СССР "совковое" (как объект отторжения) вкладывалось в женские образы и через них как бы "опускалось".
Задумался об этом очень давно, слушая... песни Майка Науменко. Смайл

Это интересная тема. Противостояние "совку" через "критику женщин".


Kak–to одна из фрндесс зогметила, что-тоо вроде: поскреби антисоветчика и найдёшь русофоба. Я присмотрелся, и действительно зомечание во многом верное.

А теперь добавим:

Раньше русский за границей выглядел очень бедно.

А сейчас средний русский за границей стал выглядеть так, как выглядит бедный немец. А иногда и даже как небедный!

Я стала русских с немцами или голландцами путать регулярно. То есть вижу человека и пребываю во внутренней уверенности, что это мой соотечественник. А потом слышу немецкую речь – и удивляюсь.


Kstati да, есть такое, но причом касаецо в основном мужчин. Как только русмужичгок начинает хоть слегка нормально одевацо так действительно почти бундес, НО главное им удаёцо убрать с лица вот это вот выражение, а женщины даж если они одеты как местные, ухожены, говорят почти без акцента, но вот всё равно - именно выражение лица выдаёт.


Вот и получаецо, что гендерная история России - это история евромужчинки попавшего в гендерно-хтоническое болото, и там ... до революции, это было доминирование понаехавшего мужчины от варягов, до Сименов Бекбулатовичей, Ольгердовичей, всевозможных Гордоно, разнобергов и прочизх ЛорисьМеликовых. Революция же, через какое-то время привела к оформлению весьма специфического национально-гендерного строя, определяемого именно русженскими особенностями. И как-то странно, но как только строй этот устаканился, так мужчинки (как чуждый не только гендено, но но и "этно"-культурно элемент) мереть начали, ибо хтонично, ибо порусски.

Лет в 6-7 гостил у бабушки. Уже готовились ко сну. Лежал, вытянувшись на кровати. Бабушка радовалась, глядя на внука: «Да какой ты уж большой вырос. Дай-ко смеряю тебя. Вон тебе какой уж большой гробик надо будет».